— Но если бы ты прочитала, то знала бы: наличие долгов — повод для немедленного увольнения.

Побледнев, Одри в ужасе уставилась на босса. Филипп, подобно акуле, заметившей добычу и готовящуюся к последнему броску, смотрел на нее, затем молча протянул лист бумаги, который Одри взяла дрожащей рукой. Сердце ее ушло в пятки, она судорожно хватала ртом воздух: перед глазами плыли те же имена и суммы, что преследовали ее ежечасно, и от этого все переворачивалось внутри.

— Служба безопасности в ходе регулярной проверки всех служащих банка выявила это сегодня утром, — невозмутимо сообщил Филипп.

— Вы меня увольняете, — пошатнувшись, высказала догадку Одри.

Резким движением Филипп схватил стул и поставил его рядом с девушкой.

— Присядьте, мисс Флетчер.

Одри без сил опустилась на сиденье. Она ждала неминуемых расспросов, каким образом занимающая столь малозаметное положение служащая банка ухитрилась наделать долгов, выражающихся ошеломляющими цифрами. Одри с готовностью объяснила бы, как в результате череды недоразумений, а вовсе не по ее вине возникла подобная ситуация.

— У меня нет ни малейшего желания выслушивать слезливую историю, — вновь присев на край письменного стола и расслабив мышцы своего сильного поджарого тела, предостерег ее Филипп.

— Но я хочу объяснить…

— Нет необходимости. Подобного рода долги сами за себя говорят. У тебя замашки особы, предпочитающей жить не по средствам и устраивать праздники…

Сжавшись от сознания того, что ему известно все об этих числящихся за ней постыдных долгах и о ее не менее постыдной неспособности оплатить их, Одри вновь попыталась объясниться:

— Нет, мистер Мэлори. Я…

— Если ты еще раз прервешь меня, то помощи от меня не жди, — ледяным тоном оборвал ее Филипп.

Не до конца поняв смысл сказанного, Одри, недоуменно уставившись на него, воскликнула:

— Помощи?!

— Я готов предложить тебе другую работу. В полном замешательстве Одри хлопала ресницами.